У меня уже которое утро, как встану, болит уколотая рука (shingles), и вообще состояние такое что я типа ой болею. Так что я продолжил валяться. Ну и ещё дождик полдня накрапывал.

Из Калифорнии пишет Андрей, у него умерла мама. Умерла счастливо, как многие бы согласились - в 79 девять лет, сердце, и всё так внезапно и быстро. Написал ему, и его родственникам. Мы с ней знакомы были лет пятнадцать.

Так я весь день почти ничего и не делал. Поехал купить овощей и баранины для щей, да ещё в какой-нибудь "европейский магазин", за селёдкой и хрустящими хлебцами. Хрустящих хлебцев не нашёл; выяснил, что всё, что называется сейчас "европейская еда" совсем недавно называлось "русскими магазинами". В одном купил фунт сёмги, да банку селёдки. Организм требует.

В Публиксе купил овощей и баранины (там есть "мясной отдел", и что попросишь, то тебе отрежут; мне надо было с косточкой, на суп.

А дальше я с идел возился с превращением моих рабочих дыбров в книгу. Там всё бы просто, да две проблемы. Половина на русском, и надо перепирать, а половина на английском, качество которого у меня вызывает нарекания. И "chat je pétait" напускать нет смысла, потому что он перепрёт на язык роботов, а мне это не по мне. Так что приходится терпеть себя.

Гулять вообще не ходил, ну вот. Нет моральных, что ли, сил. Но завтра это надо прекратить; завтра пойду гулять, хоть ты лопни (или как там Гайдар писал).

Всё на сегодня.